сириус бросает свои вещи в чемодан, крепко его захлопывает, мысленно прощается с домом. он ненавидит запах сигаретного дыма, красную помаду и высокие туфли. тихо проклинает марлин, чтобы она не проснулась, и уходит, негромко хлопнув входной дверью. буквально пару секунд стоит на крыльце, достает сигареты, купленные ей в дорогом магазине и швыряет прямо на землю: они его больше не волнуют.
пальто цвета выжженной бумаги не запахнуто, не застегнуто. в глазах лёд. сириус хмуро улыбается и исчезает где-то за углом в темноту.
марлин продолжает спать, иногда во сне помахивая своей рукой, словно бы приветствует любимую публику, находящуюся напротив нее.
на ней красные кровавые туфли, красная кровавая помада, а в руках намертво держится сигарета только что купленная в хилом магазинчике за углом.
их судьбы пересеклись ровно два раза, прежде чем разойтись.
судьба любит троицу, или ее любит бог? они не знают, ибо оба не верят в  него.

марлин шипит, и ее глаза, что становятся щелками, вдруг образуют нитку - твердую, прочную, неразрывную. она выдавливает из себя улыбку, а сама проклинает, о, как она проклинает!
марлин - кроваво красный оттенок. кровь, только что выпущенная из вены. гремящие браслеты, цокот высоченных каблуков и хрипловато мелодичный голос. марлин - изломанный старый витраж над входом в старую и никому не нужную церковь. разорванный и испорченный временем стул эпохи петра первого, брошенный на пол.
марлин - это умершая монро в теле одри хепберн.
сириус таких девушек презирает.
сириус курит раз двадцать в день, никогда не запахивает свое пальто, не сушит волосы после душа и никогда не повторяет вещей дважды. он открыто посылает на х//, постоянно хрустит костяшками и требует от девушек исключительно приятного аромата /никакого никотина ж, бл///!/
сириус - разлитый на черный ватман зеленый чай, остывший завтрак в английском стиле и холодный удушливый воздух моря.
сириус - это лёд, только что брошенный на шипящую землю.
сириус ломает судьбы, вырывает сердца и разрывает грудные клетки. сириус - убийца. и между ними должен стоять знак "равно". впрочем, он там и стоит.
марлин его презирает и пожимает своими хрупкими плечиками в такт песне, что играет в пабе.

проходит три недели с их первой встречи.
она все так же стоит в кабаке, красиво поет и медленно размахивает руками. ее платье не доходит до колен, а каблуки, кажется, сантиметров пятнадцать. на ней опять /черт!/ красная помада и отвратительно самодовольная ухмылка. сириус представляет, как она цепляется своими длинными пальцами за бледно-бежевую простыню, прося его продолжать и никогда в этой жизни не останавливаться /если в следующей жизни оба бы оказались представителями кошачьих, она бы молила его о том же/.
угадайте, чем именно заканчивается эта их вторая встреча?
и на чьей простыни молят о продолжении красные губы марлин?
его холодные пальцы /у сириуса всегда холодные пальцы, он ненавидит мороз, а дома у марлин никогда не бывает тепло/ смазывают эту ненавистную красную помаду с ее губ. и ее невинные кудряшки становится не-пойми-чем буквально за двадцать пять секунд, потому они, увы, совсем ей не подходят.
сириус не любит ложь, хотя
постойте
дайте пару секунд
он же сам лжет каждые восемь минут
но она об этом в эту вторую встречу не знает. в последние восемнадцать ей тоже ни-че-го не будет известно.
пройдет около девяти месяцев, когда они вдруг, ни с того ни с чего, /больные же люди/ съедутся и поженятся. просто так. им стало скучно, а семейная идиллия так требует разрушить свой ярлык о "тоске и унылости".
увы, тест ею они тоже не выдержали и развелись буквально /вот аж кошмар/ через шесть месяцев, разосравшись друг с другом просто в пух и прах.
люди, наслаждайтесь представлением: кошка с собакой решили поубивать друг друга.

его дома нет. она стягивает с себя туфли и швыряет их куда подальше, вбегает в спальню, начинает судорожно, почти дрожа, перебирать вещи: его рубашки, их футболки, свои блузки. она кидает это все в свой маленький красный чемоданчик на колесиках, без разбору, без мыслей. лишь бы избавиться, лишь бы скорее сбежать. сириус должен вернуться ровно в 4.45, ее не должно быть здесь уже в 3.55. она знает, что из дома сбегают ночью только шлюхи, но, увы, отделить себя от них не способна.
мысли слишком сильно путаются, все становится сбивчиво, багрово, бардово, буквально отвратительно красно. кажется, алый начал ее поглощать.
к горлу подкатывает комок тошноты. марлин пытается сдержаться, закрывает ладонями рот, но холодный ужин так и тянется наружу, она бежит до туалета и, в конце концов, вырывает.
а потом засыпает.
сириус появляется на пороге дома в 5.05. его руки абсолютны чисты, а револьвер в кармане весит, кажется, всего пару граммов. он видит разбросанные их вещи, валяющуюся в ванной на полу ее и совсем не удивляется тому, что губы ее больше совсем не окрашены в красный цвет.
желтый диск на темном небе сообщил марлин сатин снова йоханссен печальную весть: милый муж убивает людей. милый муж не жалеет детей.
видя их снова в загсе, никто не удивляется. они там встречаются уже в четвертый раз, только теперь больше нет сцены по типу кошки с собакой. теперь только тьма.
марлин, наконец, поняла, что сириус - темнота.

у нее снова дрожат руки. никакой помады, никаких кудряшек, только цвета слоновой кости шелковая сорочка, длина которой не достигает даже бедра.
ей кажется, солнце закатилось за глаза. планеты перестали вертеться, орбита сошла с дистанции.
напротив нее он, чай, смешанный с виски и около десяти разбросанных по старой разбитой плитке бычки от сигарет.
сириус - шрам на коже. марлин - травма тела.
сириус - дошедший до свиста чайник, марлин - разбитая фарфоровая чашка.
сириус - смерть. марлин - сумасшествие.
сириус и марлин встречаются в третий раз.
в реальных сказках на третий раз умирают.
- минус еще один человек, - голос, доносящийся из темноты, глух и  резок.
- какая жалость, - театральные нотки неприятно бьют по ушам.
марлин вглядывается в еле заметные очертания напротив и понимает, что красная помада не вернется к губам.
- я не хочу снова, - он кивает.
"снова" их больше не ждет. в waiting list значатся только виски, кабаре и постель.
ее кровавые губы, его кровавые руки, их смерть.

Alva Branham
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
АЛЬВА БРАНЕМ
JENNA COLEMAN» THIRTY » РИЭЛТОР » » ГЕТЕРО

« если уж решил меня поиметь, доведи дело до конца.

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Here is Ur Text

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
через ад